- Как тому и надлежит. Период отсоединения - только временная фаза, недолгие странствия души. Есть начало, есть и конец. Странник возвращается к родному очагу и сородичам...

Дверь распахнулась, и вуб замолчал. В каюту ступил капитан Франко, остальные в нерешительности топтались у двери.

- Ты в порядке? - спросил Француз.

- Ты меня спрашиваешь? - удивился Петерсон. - Почему ты меня спрашиваешь?

Франко опустил пистолет.

- Подойди сюда, - приказал он Петерсону. - Поднимись и перейди сюда.

Петерсон посмотрел на вуба.

- Иди, - посоветовал вуб. - Это роли не играет. Петерсон поднялся.

- Чего вы хотите?

- Это приказ. Петерсон пошел к двери. Француз схватил его за руку.

- Да что с вами стряслось? - Петерсон вырвался. - Что на вас нашло?

Капитан Франко осторожно двинулся в направлении вуба. Вуб смотрел на капитана, смотрел снизу вверх - он, прижавшись к стене, лежал в углу.

- Все-таки интересно, - сказал вуб, - до какой степени вас захватила идея меня скушать? Но почему - этого я не понимаю!

- Встань, - приказал вубу Франко.

- Если вы настаиваете. - Вуб со вздохом начал подниматься. - Секунду терпения - дело для меня нелегкое. - Он наконец встал, но дышал тяжело, открыв пасть, свесив язык, который, как маятник, качался в такт его дыханию.

- Стреляйте, капитан, - попросил Француз.

- Бога ради! - воскликнул Петерсон.

Джоунс, у которого от страха глаза вылезли из орбит, быстро повернулся к нему.

- Если б ты его видел... как статуя... стоит, рот раскрылся... Если бы мы не поднялись, он бы и сейчас так стоял.

- Кто? Капитан? - Петерсон поглядел по сторонам. - Но сейчас он в порядке!

Все смотрели на стоявшего посредине комнаты вуба.

- С дороги, - приказал Франко, и люди отступили к дверям.